А весу-то в ней — сорок два кило. Мультфильм такой был — «Золотое перышко». Вот я Аллу так про себя иногда и называю — Золотое Перышко. Золотое — поскольку она натуральная блондинка, с золотистым таким оттенком. Ну, а Перышко — тоже понятно почему.
Так и познакомились. Она, правда, не сразу поняла, почему застыла в двух сантиметрах от асфальта. Ну а потом, слово за слово… Такое вот романтическое знакомство вышло. А как бы иначе я с такой девушкой познакомился? Стройная, изящная, очень симпатичная, намного меня моложе. И что интересно, насколько они во всем разные с Мариной! Одна — высокая, другая — миниатюрная. Одна — яркая брюнетка, другая — блондинка в чуть приглушенных тонах. Одна — резкая, порывистая, другая — спокойная, плавная такая. Просто антиподы, в каком-то смысле. Так что мой подсознательный выбор мне самому не очень-то и понятен. Такие вот парадоксы. Хотя чего только в жизни не бывает!
Тут пару месяцев назад еще не такое случилось. До сих пор думаю — это случайность или что-то большее? Мы с Аллочкой здесь же и сидели. В «Двенадцатом раунде». А из динамиков так тихо и ненавязчиво музыка, и как раз «Отель “Калифорния”». Наше с Мариной самое любимое. Алла что-то в сумочке закопалась, забыл уж, что искала. И вдруг у нее из сумочки несколько фотографий выпадает, а на самой верхней — Алла с Мариной! Ну и еще там несколько человек.
Первое ощущение у меня, как сейчас помню, что это просто кто-то наверху надо мной эксперименты ставит, — реакция обычного человека в ирреальной ситуации. Я на какое-то мгновение контроль над собой потерял и чуть ли не тоном следователя на допросе в Аллу так и выстрелил вопросом: «А ты откуда Марину Левину знаешь? Почему я это фото никогда не видел?..» Хорошо хоть, что вовремя остановился, окончание фразы проглотил: «…у Марины». Алла опешила немного и, словно оправдываясь, стала объяснять: «Да это Марина года три назад репортаж делала о гринписовцах, так это снимки с нашей очередной акции…» Потом уже сама, не закончив фразу, спросила: «А ты откуда ее знаешь? Ты же и телевизор почти не смотришь!» И как-то странно на меня при этом посмотрела, словно прикидывая что-то про себя.
Тут уже я контроль над ситуацией в руки взял. И совсем другим, как бы незаинтересованным, тоном: «Иногда же все-таки смотрю. Новости, например, а она их часто вела. А еще пару ее репортажей с места событий видел. Вот после решения Конституционного Суда о запрете всех оппозиционных партий, например. Когда митинг на Манежке спецназ водометами разгонял».
Алла опять на меня посмотрела тем же самым странновато-задумчивым взглядом, словно примеряя ко мне какую-то свою мысль. Но что-то там у нее не состыковалось, поэтому было видно, что недодуманная до конца мысль была признана ошибочной.
Вот опять я задумался и даже не заметил, как Алла вошла. Ну такой я. Задумаюсь — и практически выпадаю из времени и пространства.
— Что тебе заказать? — спрашиваю Аллу.
А на душе у меня как-то неспокойно. Такое неприятно знакомое ощущение. Какой-то холодок внутри.
— Ничего, только кофе. И вообще, мне с тобой надо серьезно поговорить, — она не может удержаться и добавляет сразу: — Не обижайся только, но это наша последняя встреча.
Зверобой. Убийца
Да, завтра у меня бой. Мой десятый Дикий Бой. Мой последний бой, кстати. В любом случае последний. А дальше — свободен, наказание отбыто целиком и полностью. Разумеется, если бой сложится так, что у меня будет это самое «дальше». Хотя, кроме меня, больше пяти Диких Боев никто не выигрывал.
А у меня завтра уже десятый бой. И именно поэтому я — Зверобой. Тот самый, вы не ошиблись. «Зверобой — наш герой!» Сейчас это куда более популярная кричалка, чем даже раньше «“Спартак” — чемпион!». Еще пару лет назад не подумал бы, что буду властителем дум. Если предположить, что те, кто так орет, вообще способны думать.
Это ведь только наша Народная Дума могла додуматься до легализации Диких Боев. Долго думала и, опять же исключительно в благородных целях, придумала. Как средство альтернативного отбытия наказания для лиц, совершивших особо тяжкие преступления. Вроде альтернативной службы для военнообязанных.
Коррида — это семечки по сравнению с Дикими Боями. Укол шпагой — это изысканное рыцарство и джентльменство по сравнению с тем, когда ты рвешь зверя когтями и когда зверь рвет тебя. Кстати, большинство кошачьих свою жертву душат. А вот ягуар — голову прокусывает. Представили картинку, хорошо представили? И как — вас еще не стошнило?
Андрей. Литератор
— Не обижайся только, но это наша последняя встреча.
На самом деле я давно ждал этих слов. Я их предчувствовал. Но все равно сердце сразу начинает колотиться так, словно хочет выпрыгнуть из грудной клетки.
— Почему? — спрашиваю я. — Что случилось?
Хотя я давно знаю ответ. Точнее, даже два. Или две половинки одного. Во-первых, у Аллы есть ее Высокая Миссия. Алла — Охотник. Охотник — потому что животных очень любит. Не поняли еще? Так вот, Аллочка — активистка Гринписа, ярая противница Диких Боев, как и я сам. Причем она входит в какой-то там у них элитарный отряд — «Охотники на Зверя». Зверь для них, если вы не в курсе, — это как раз тот самый Зверобой. Поскольку убивает животных. Пусть и хищников. Пусть и руками. Почему именно Зверобой? Потому что с другими эти самые хищники справляются сами. Вам логика абсолютна понятна? Мне, если честно, не совсем. Есть тут какие-то нестыковки, на мой взгляд. При всем моем трогательном отношении к Аллочке.
И как Охотник, она не имеет внутреннего морального права связывать с кем-то свою судьбу. А вдруг именно ей посчастливится встретить этого Зверя? Она и в тир ходит два раза в неделю, как на работу. Как-то раз в парке гуляли и в тир зашли. Точнее, она меня туда притащила. Давно такого позорища для меня не было! Людей — куча, и так надо мной там все потешались… У меня что ни выстрел — все мимо мишени. А маленькая златокудрая принцесса в самый центр мишени пульку за пулькой укладывала. Я даже слегка обиделся на Аллочку, если на нее вообще можно обидеться. Нечестно так все-таки, согласитесь. Не умею я стрелять, не люблю я стрелять, не хочу я стрелять!
Но есть и другая сторона медали. При всем ее хорошем и добром отношении ко мне, я — не совсем ее мужчина. Хотя она сама
